Язычество и православие: в чем отличие?

Агафонов Михаил разбирает темные страницы славянского язычества и буддизма. Материал строится на свидетельстве мусульманина Ахмеда ибн-Фадлана (путешествовал по Волге 921-922 гг), русского этнографа Позднеева А.М и монголоведа Бурдукова Алексей Васильевича.

ДИСКЛЕЙМЕР: Данная статья носит исключительно научный характер. Автор и редакция не ставит перед собой целью оскорбление религиозных и иных чувств. Все цитаты и выдержки приведены из официальных источников.

«Заманчивое язычество»

После того как идеология воинствующего атеизма ушла в прошлое, в странах бывшего СССР начали развиваться идеи радужного языческого прошлого. Язычество представлялось глубоко традиционной, светлой, миролюбивой верой, в которой человек существует в единении с природой, в противовес «самоуничтожительному», «страдальческому», «раболепному» христианству. Как раз из этой же оперы мем с матерым язычником, который гордо говорит: «Мой Бог не называл меня рабом».

С другой стороны, в самом же христианстве, на протяжении всего его существования, не скрывалась негативная оценка язычества, порой щедро приправленная весьма резкими и эмоциональными эпитетами. Вот, к примеру в каноне праздника Троицы, который называется «днем рождением Церкви», в шестой песни такие строки:

Желательное достояние апостолом, / сионяном чающим Твоего пришествия, познание / Дух Отчерожденна Слова, / речь жестокую языческих ласкательств скоро показав, / огнедохновенно утверждаеши.

У многих людей может возникнуть серьёзное удивление, отчего же мы, православные, порой столь негативно относимся к язычеству в целом, и в виде отголосков в простонародном подходе к христианской вере, в частности. Это не толерантно. Ответом может служить осознание того, на каком культурном и религиозном фоне звучала проповедь пророков, Христа и Апостолов.

А может сравним?

Для начала стоит сказать, что если критики веры во Христа берутся сравнивать религии, то мы также можем это сделать. Ознакомиться с вероучением христиан, их уставами, обрядами, теориями и практиками, вершиной их вероучения не так сложно в нашу эпоху глобального Интернета. Относительно же язычества я предлагаю взглянуть хотя бы на обряды и практики, с помощью которых язычники стремятся к достижению своих идеалов и целей своей религии. И тут мы разделим наш взгляд: посмотрим на более древнее время и более близкое к нам.

Путешествия по Волге и “миролюбивые русы”

Для начала мы обратим внимание на описание путешествия мусульманина Ахмеда ибн-Фадлана на Волгу в 921-922 году. Причин для моего такого выбора несколько:

  1. Христианских авторов легко обвинить в предвзятости. Они заинтересованы в негативной окраске язычников. Этот же источник: а) был написан не христианином, а мусульманином; б) автор прибыл из далекой юной страны, и у него не было никакого смысла как-то выгораживать тех, кого он описывал; в) перевод источника, выбранный мною, был совершён в середине прошлого века, во времена СССР, т.е эпоху атеистическую.
  2. Некоторые современные язычники уверяют нас в «величии» славянского язычества. Вот мы уточним, в чем же это величие заключалось (с точки зрения внешнего наблюдателя), ведь автор описывает обряды и практики, которые использовались людьми ещё в дохристианскую эпоху на тех землях.

Маршрут его путешествия был таков:

Далее я буду приводить некоторые цитаты, которыми Ахмед ибн-Фадлан описывает те или иные видимые ими обычаи, его впечатления от увиденного или услышанного.

Вот, к примеру, как он описывает язычников-башкир: «это худшие из тюрок, самые грязные из них и более других посягающие на убийство. Встречает человек человека, отделяет его голову, берет ее [с собой], а его [самого] оставляет»[1]. Конечно, кто-то может сказать, что такая оценка предвзята. Но, тем не менее, если бы автору встретились миролюбивые башкиры, он бы вряд ли в своих записях стал так их описывать.

Но одно из самых интересных моментов в этом источнике — это описание погребальных традиций и связанных с ними обрядов у племени, которых Ахмед ибн-Фадлан называет «русами». К примеру, он описывает, что положено делать после смерти богатого человека. Пожалуй, стоит привести цитаты. Их будет много, но они важны для понимания целостности происходящего тогда:

  • «собирают то, что у него имеется, и делят это на три трети, причем [одна] треть — для его семьи, [одна] треть на то, чтобы на нее скроить для него одежды, и [одна] треть, чтобы на нее приготовить набиз, который они пьют до дня, когда его девушка убьет сама себя и будет сожжена вместе со своим господином. Они, злоупотребляя набизом, пьют его ночью и днем, иной из них умрет, держа кубок в руке»[2].
  • «Они в те десять дней пьют и сочетаются [с женщинами] и играют на сазе. А та девушка, которая сожжет сама себя с ним, в эти десять дней пьет и веселится, украшает свою голову и саму себя разного рода украшениями и платьями и, так нарядившись, отдается людям»[3].
  • «Если умрет главарь, то его семья скажет его девушкам и его отрокам: “Кто из вас умрет вместе с ним?” <…> И сказала одна из них: “Я” <…> девушка каждый день пила и пела, веселясь, радуясь будущему <…> и принесли собаку, рассекли ее пополам и бросили ее в корабль. Потом принесли все его оружие и положили его рядом с ним. Потом взяли двух лошадей и гоняли их до тех пор, пока они не вспотели. Потом рассекли их мечами и бросили их мясо в корабле. Потом привели двух коров, также рассекли их и бросили их в нем. Потом доставили петуха и курицу, убили их и оставили в нем»[4].
  • «девушка, которая хотела быть убитой, разукрасившись, отправляется к шалашам родственников умершего, ходя туда и сюда, входит в каждый из их шалашей, причем с ней сочетается хозяин шалаша <…> таким же образом, по мере того как она проходит до конца [все] шалаши, также [все] остальные с ней сочетаются»[5].
  • «я увидел, что она растерялась, захотела войти в шалаш, но всунула свою голову между ним и кораблем. Тогда старуха схватила ее голову и всунула ее [голову] в шалаш, и вошла вместе с ней, а мужи начали ударять палками по щитам, чтобы не был слышен звук ее крика, вследствие чего обеспокоились бы другие девушки и перестали бы стремиться к смерти вместе со своими господами. Затем вошли в шалаш шесть мужей из [числа] родственников ее мужа и все [до одного] сочетались с девушкой в присутствии умершего. Затем <…> уложили ее рядом с ее господином. Двое схватили обе ее ноги, двое обе ее руки, пришла старуха, называемая ангел смерти, наложила ей на шею веревку с расходящимися концами и дала ее двум [мужам], чтобы они ее тянули, и приступила [к делу], имея [в руке] огромный кинжал с широким лезвием. Итак, она начала втыкать его между ее ребрами и вынимать его, в то время как оба мужа душили ее веревкой, пока она не умерла[6]».

Ну и пожалуй еще одна, описывающая быт «царя русов»:

«Один из обычаев царя русов тот, что вместе с ним в его очень высоком замке постоянно находятся четыреста мужей из числа богатырей, его сподвижников <…> с ним сидят на этом ложе сорок девушек для его постели. Иногда он пользуется как наложницей одной из них в присутствии своих сподвижников <…> этот поступок они не считают постыдным <…> и он не имеет никакого другого дела, кроме как сочетаться [с девушками], пить и предаваться развлечениям»[7].

Прошу прощения, если кому-то были неприятны некоторые подробности, но так у вас сложится более конкретное представление о «величии» дохристианской религии на наших землях. Даже если автор что-то преувеличивает, картина рисуется мрачная.

Возможно, кто-то скажет, мол все эти описания относятся к давним диким временам. Что ж, давайте тогда посмотрим на оставшиеся островки языческих верований, обратим свое внимание на интересные эпизоды практик и обрядов, более близких к нам по времени.

Некоторые тонкости «миролюбивого буддизма».

Пожалуй, начнем с буддизма. Современные почитатели этого древнего языческого верования очень часто любят рассуждать о миролюбивом и возвышенном данном веровании:

«Единственная в мире религия, которая не запятнала себя кровью, — буддизм. Учение Будды на протяжении 2,5 тыс. лет создает людей, не тяготеющих к личной собственности, людей высокой нравственности, духовности, терпимости, трудолюбия — как физического, так и духовного»[8].

Давайте же посмотрим на факты. Я снова прошу прощения, так как далее таже будут весьма большие ссылки, наполненные не очень приятными современному человеку подробностями. Но их очень важно учитывать.

Перенесемся всего на 100 лет назад. Очень интересны описания служб и молитв, описанные русским этнографом Позднеевым А.М, позже переизданные самими буддистами (в Калмыкии):

«Приносящие балин хувараки перед началом служения долженствуют прежде всего созерцать Чжамсарана и представить себе все пространство мира пустым. В пространстве этой пустоты они должны представить себе безграничное море из человеческой и лошадиной крови, в котором треугольником волнуются волны; в самой середине этих волн – четырехугольную медную гору и на вершине ее – солнце, человеческий и конский труп, а на них Чжамсарана. Лицо у него красное; в правой руке, испускающей пламя, он держит медный меч, упираясь им в небо; этим мечом он посекает жизнь нарушивших обеты. В левой руке он держит сердце и почки врагов веры; под левой мышкой прижал он кожаное красное знамя. Рот страшно открыт, 4 острых клыка обнажены; имеет три глаза и страшно гневный вид»[9] .

Весьма красочные представления того, кому предписывается поклонятся. А вот и кусочек текста самой молитвы:

«Призываю основавшего свое вечное местопребывание в юго-западной стране трупов владыку жизни, великих красных палачей и шимнусов, не отступающих от повелений Чжамсарана <…> соблаговоли придти из своего дворца, сложенного во много этажей из черепов, имеющего стены ограды из темно-касной яшмы, окруженного со всех сторон медными горами, а еще далее озерами, которые наполнены лошадиными и человеческими трупами и на дне осела лошадиная и человеческая кровь <…> придите сюда и, поспешно приняв жертву — балин, уничтожте все черные стороны жизни, сокрушите в прах вредоносных врагов и препятствия»[10]

Уж извините, но при всем старании, даже учитывая критику, что:

  • кто-то может сказать, что эти описания «вырваны из контекста»;
  • язычники будет говорить, что это сделано «специально, чтобы нас очернить»;
  • даже при всем скептическом отношении к христианам, найти у нас подобные молитвы или описания Бога, святых, ангелов, служащих Богу, чтобы они были столь переполнены ненавистью, злостью и жаждою убийства – не получится. Попробуйте самостоятельно взять утренние молитвы из нашего молитвослова и эту утреннюю молитву тибетского монаха и сравнить.

         Впрочем, стоит отметить, что буддисты не ограничивались только молитвословиями. Имеются описания, как Бурдуков Алексей Васильевич, российский и советский монголовед, преподаватель монгольского языка, общественный деятель, на тот момент проживший полтора десятка лет среди монголов — беседовал с буддийским ламой, который среди прочего размышлял о «возможности существования человеческий жертвоприношений»[11].

Более того, реальные, кровавые жертвоприношения дожили в реальности у некоторых буддистов и до прошлого века. В 1912 г. в китайской крепости Кобдо монголы захватили больше трех десятков китайских торговцев, над которыми был исполнен древний тантрийский ритуал «освящения знамен»:

«Созывая народ в гудящие раковины, ламы вынесли обтянутые человеческой кожей дамары – барабаны <…> Руки и ноги им заломили за спину, голову откинули назад, привязывая косицу к связанным рукам и ногам так, чтобы торчала вперед грудь жертвы. Громче забормотали молитвы и заклинания ламы, поспешнее становилось жуткое пение. Вперед вышел Джа-лама, как все ламы, с непокрытой головой, в красной мантии. Пробормотав слова молитвы, он встал на колени перед первым из связанных китайцев, взял в левую руку короткий серпообразный жертвенный нож. Мгновенно левой рукой вонзив нож в грудь, Джа-лама вырвал правой все трепещущее сердце. Хлынувшей кровью хайлар-монголы написали на полотнище „формулы заклинаний“, которые гарантировали бы монголам помощь докшитов, оценивших их победу. Потом Джа-лама положил окровавленное сердце в приготовленную габалу – чашу, которая на самом деле была оправленной в серебро верхней частью человеческого черепа. И снова крик новой жертвы, пока, наконец, все пять знамен не были расписаны кровью сердец. Коротким ударом ножа в череп вскрывали его ламы, опуская тут же теплые мозги в габалу к мертвым сердцам»[12].

Если кто-то подумал, что описанные практики дело рук какого-то сумасшедшего, то нет. Речь идет о коренных, подлинных высотах и идеалах Буддизма. То, что Джа-лама – не вышедший из ума извращенец, а обычный буддист подтверждает и Ю.Н. Рерих. Это советский специалист по языку и культуре Тибета, лингвист, этнограф, востоковед, путешественник, сын Е.И Рерих и Н. К. Рерих, весьма авторитетных лиц среди оккультистов прошлого века. Он говорит о Джа-ламе, как о знатоке глубин и тонкостей своей религии, отмечая, что тот…

…«изучал трудные для понимания трактаты по буддийской метафизике <…> вел жизнь странствующего монаха, полную поразительных приключений, мессианских пророчеств и жестоких деяний <…> обладал глубокими познаниями в области буддийской метафизики и тайн тантрийских учений и пользовался большим авторитетом среди высших монгольских лам»[13].

Рерих также и не отрицает приведенную выше историю с крепостью Кобдо[14].

Джа-Лама

         Более того, эти жестокие обряды практиковал не только Джа-лама. Бурдуков приводит рассказ участников той битвы 1912 г. за Кобдо. Исходя из него, после разгрома отряда атамана Казанцева, был пойман один из военачальников белых, Ванданов. Вот какая участь ему была уготована:

«при появлении в лагере Ванданова чеджин сразу же впал в транс, воплотившееся в него божество требовало себе в жертву трепещущее сердце Ванданова. Ванданова расстреляли, а вынутое сердце было поднесено беснующемуся чеджину, который в экстазе его съел. Позднее он говорил, что во время транса действует божество, а не он, оно и съело сердце Ванданова»[15].

Думаю, христианам будет и так понятно, что за «божество» вселилось в него, кто себе требовал жертву, кому на самом деле приносилась эта жертва. А для неверующих читателей стоит следует пояснить, приведя цитату из Псалтири:

«служили истуканам их, которые были для них сетью, и приносили сыновей своих и дочерей своих в жертву бесам; проливали кровь невинную, кровь сыновей своих и дочерей своих, которых приносили в жертву идолам Ханаанским, – и осквернилась земля кровью» (Пс 105:36-38).

Сколько тысяч лет прошло с тех пор, а суть языческих жертвоприношений осталась та же.

         Также ошибочным будет утверждать, будто буддисты никогда не участвовали в заказных политических конфликтах, подчас с проявлением силы. Приведу лишь один пример из многих. В средине 17 века, король Таиланда Сиама Нарай подписал договор с Голландией и проявил лояльность к католическим миссионерам в виде некоторых льгот. В ответ на это:

«Монахи развертывают открытую «агитацию» против короля и его политики, причем обращаются к широким массам населения <…> стали утверждать, что Нарай потерял право называться традиционным титулом «защитник веры», что он стал врагом буддизма, что гибель его неизбежна»[16].

Более того, монахи даже пытались привести в жизнь план силового свержения власти:

«В 1685 г. был организован заговор с целью убийства Нарая. Монахи рассчитывали убить его во время религиозного праздника в одной из пагод, куда король должен был войти без охраны»[17].

Правда свой заговор им не удалось воплотить в жизнь, так как их планы были раскрыты офицерами короля.

Не чужды были буддистам и организованные гонения на врагов своей веры, не только среди христиан. К примеру, во время установления правления Далай-Ламы V, монголы использовали всяческие средства для достижения своих целей:

«Путь монголов по Тибету сопровождался грабежами и разрушениями. Победа Гелугпы над врагами была отмечена в Лхасе водружением флагов и сожжением благовоний <…> В Гьянцзе вспыхнуло восстание, руководимое сектой Кармана.  Затем восстало Конто.  Восстания были жестоко подавлены объединенными усилиями монгольских отрядов Гуши-хана и войск правительства V Далай-ламы, руководимых Соднам Чойпалом.  Содержавшиеся до этого о тюрьмах Лхасы лидеры Кармапы и феодалы Цзана были казнены <…> В 1648 г. ряд монастырей враждебных сект были насильно преобразованы в монастыри секты Гелугпа.  Все население Кама было обложено налогом в пользу V Далай-ламы[18].

Причем можно обнаружить, что в том же Тибете, для усмирения непокорных, и устрашения послушных выбирались весьма изощренные методы:

«В 1864 г.  правитель Тибета при малолетнем XII Далай-ламе, деши Шатра, умер.  Далай-лама получил нового регента — Пал-дан Дондуба.  Это был человек суровый и властный.  У входа в свою канцелярию он приказал всегда держать свежеснятую шкуру быка или яка.  Провинившихся немедленно после установления вины заворачивали в еще сырую шкуру, которая, высыхая на солнце, стальным панцирем, как обручем, стягивала жертву, причиняя ей страшные мучения, после чего ослушника бросали в реку, где он и тонул»[19].

ПРОДОЛЖЕНИЕ СТАТЬИ ЧИТАЙТЕ ПО ССЫЛКЕ: «ГОНЕНИЯ НА ХРИСТИАН»


[1]  Ковалевский А.П. Книга Ахмеда ибн-Фадлана о его путешествии на Волгу в 921—922 гг. Харьков, 1956. С. 130.

[2] Ковалевский А.П. Книга Ахмеда ибн-Фадлана о его путешествии на Волгу в 921—922 гг. Харьков, 1956. С. 143.

[3] Там же.

[4] Там же. С. 144.

[5] Ковалевский А.П. Книга Ахмеда ибн-Фадлана о его путешествии на Волгу в 921—922 гг. Харьков, 1956. С. 144.

[6] Там же. С. 145.

[7] Ковалевский А.П. Книга Ахмеда ибн-Фадлана о его путешествии на Волгу в 921—922 гг. Харьков, 1956. С 146.

[8] Дмитриева Л.П. «Тайная доктрина» Елены Блаватской в некоторых понятиях и символах. Ч. 2. Спб, 2006. С. 551

[9] Позднеев А.М Очерки быта буддийских монастырей и буддийского духовенства в Монголии в связи с отношением сего последнего к народу. Элиста, 1993. С. 329.

[10] Там же. С. 331.

[11] Бурдуков А.В Человеческие жертвоприношения у современных монголов // Cибирские огни 1927 №3. С. 185

[12] Ломакина И. голова Джа-ЛАмы.  Улан-Удэ, 1993. с 74 — 75

[13] Рерих Ю.Н. Тибет и Центральная Азия: Статьи, лекции, переводы. Самара, 1999. С. 308 — 309.

[14] Там же. С 309- 310.

[15] Бурдуков А.В Человеческие жертвоприношения у современных монголов // Cиберские огни 1927 №3. С. 188

[16] Мельниченко Б. Н. Буддийская община и государство в традиционном таиландском обществе XV — XIX вв // Буддизм и государство на Дальнем Востоке. Сборник статей. М, 1987. С. 219.

[17] Там же.

[18] Кычанов Е.И, Савицкий Л.С. Люди и боги Страны снегов. Очерки истории Тибета и его культуры. М, 1975. С 85-86.

[19] Там же. С 109.

One Reply to “Язычество и православие: в чем отличие?”

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *