Вера без Евхаристии

Представьте, что вы заблудились в пустыне. Очень хочется пить. И тут видите источник. Вместо того, чтобы из него испить, вы почему-то выбираете стоять и любоваться источником, потому что он красив и совершенен в данных условиях. Или так: вы благодарите Бога, что Он послал на вашем пути воду, но признаете себя недостойным того, чтобы принять Его помощь. Что происходит дальше? Вы умираете без воды. Конечно, эта гиперболизированная ситуация маловероятна, тем не менее, она довольно красноречиво выражает отказ от Причастия.

Зачем мы вообще это делаем?

Мы причащаемся потому, что Христос на Тайной Вечере установил таинство Причастия. Господь заповедал апостолам, а через них их приемникам, епископам и пресвитерам, совершать это таинство: «сие есть Тело Мое» (Мф. 26: 26) . Потом взял чашу с вином и, подав ее апостолам, произнес: «Пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов» (Мф. 26: 27, 28). И сейчас то, что происходит на Литургии, не воспоминание о том дне, а реальное участие в той самой Тайной Вечере. Потому что хлеб реально претворяется в Тело, а вино — в Кровь.

«Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную; и Я воскрешу его в последний день. Ибо, Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем»

(Ин. 6: 53–56)

Эта цитата из Библии прямо указывает на то, зачем нам Евхаристия. И мы можем принять жертву Христа и вообще весь Его план о прощении грехов и будущем воскресении, только причащаясь.

Я не достоин

Апостол Павел писал, что в его время многие христиане умирали от того, что причащались не рассуждая (см.: 1 Кор. 11, 29), то есть, не очищая свое душу и сердце перед Причастием. И сегодня, когда священники говорят о Причастии во осуждение, они имеют ввиду то же самое: нельзя идти к Чаше, не имея в сердце полной решимости изменить свою жизнь прямо здесь и сейчас, после сегодняшней исповеди и причащения. Конечно, есть четкие критерии недостоинства, они прописаны в документе «Об участии верных в Евхаристии»:

«Недопустимо причащаться в состоянии озлобленности, гнева, при наличии тяжелых неисповеданных грехов или непрощенных обид. Дерзающие приступать к Евхаристическим Дарам в таком состоянии души сами подвергают себя суду Божию…».

Если же мы говорим о современном мире, то не допускается к Чаше человек, который живет в смертном грехе и не желает этого греха оставлять. К таким грехам относятся прелюбодеяние или блуд, прерывание беременности, занятие колдовством, магией, пользование оккультными услугами; не допускаются и те, кто состоял в секте и не принес покаяния. Очень часто, говоря о недостойном Причастии другого человека, вспоминают следующую цитату свт. Иоанна Златоуста: «Немалое наказание ожидает вас, если вы, признавши кого-либо нечестивым, позволите причаститься сей Трапезы». Однако, не все понимают, что древняя христианская община — не то же самое, что современный приход, она пребывала в том состоянии, когда каждый был знаком друг с другом.

Разумеется, нельзя говорить о том, что у нераскаявшихся Причастие « не работает», потому что Тело и Кровь Христовы сохраняют свои свойства вне зависимости от того, кто к ним приступает. Тем не менее, сказать, что Причастие не действует по принципу волшебной таблетки, — можно. Многие святые писали, что человек никогда не будет достоин Причастия, потому что считать себя достойным — это то же, что сказать: «Господи, я однозначно войду в Царствие Божие, потому что я чудесный человек». А если вы не считаете себя великим грешником, но Господь предлагает вам вечную жизнь, имеете ли вы право отказаться? Нет, конечно. А потому и отказываться от Евхаристии — плохо, ведь она и есть путь к вечной жизни.

Источник: www.tatmitropolia.ru

Частое Причастие — это плохо?

По свидетельству свт.Василия Великого, первые христиане причащались четыре раза в неделю. Такая частота была связана с гонениями на христиан: люди были готовы умереть в любой день за свою веру, они жили в постоянном напряжении, но и в постоянной радости от общения с Богом. Современная Церковь не призывает нас к такому режиму, потому что он, мягко говоря, в нынешних условиях нереален. Например, архимандрит Иоанн Крестьянкин писал, что достаточно причащаться раз в две недели, но каждую неделю советовал приступать к Чаше больным физически или духовно. Чем чаще мы встречаемся с Богом, тем лучше — это бесспорно. За исключением, конечно, тех случаев, когда частое Причастие является формой манифестации единства с общиной («Чем я хуже других прихожан?», «А вдруг тетя Таня спросит, причащался ли я» и т.п.).

Как же узнать тогда, как часто приступать к Чаше? Конечно, в Священном Писании все сказано: «Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни» (Ин. 6, 5З). И еще: «Сие творите в Мое воспоминание» (Лк.22:19). Эти слова Господа ясно представляют два необходимых момента в Причащении: один состоит в обязательном повелении, которое они содержат, а другой — в длительности, на которую указывает слово «творите», что означает то, что нам повелевается не просто причащаться, но причащаться не переставая. В Библии ничего не сказано о каких-либо временных ограничениях, зато там четко сказано о состоянии человеческого сердца. Тем не менее, сейчас находятся люди, утверждающие, что частое Причастие мешает сохранить благоговение, полученное единожды. Это то же самое, что сказать, что если мы уделяем внимание своему физическому здоровью постоянно, то лучше бы делать это пореже, чтобы не потерять имеющийся результат. Чувствуете иронию и безрассудство в этих словах? Современные противники частого Причащения не имеют на это свидетельства из Священного Писания. Святой Иоанн Златоуст же пишет следующее:

«Замечаю, что многие просто, как случится, больше по обычаю и заведенному порядку, чем с рассуждением и сознательно, приобщаются тела Христова. Настало, говорят они, время св. Четыредесятницы, или день Богоявления, всем, — каков бы кто ни был (по внутреннему расположению), — должно приобщиться тайн. Но время не дает права приступать (к таинству), потому что не праздник Богоявления и не Четыредесятница делают приступающих достойными, но светлость и чистота души».

Хочется, но колется

Теперь о насущном. Предположим, что я все это понимаю. Понимаю важность частого Причащения и важность исповеди, выстаиваю всю службу, но к Чаше не подхожу. Почти то же самое (конечно, это всего лишь метафора), что покушать на свадьбе горячее, а после того, как внесли торт, уйти. А есть еще вариант прийти к моменту выноса торта — и, кстати, без подарка. Оба варианта оскорбительны и бестактны по отношению к тому, кто пригласил вас на торжество. В случае с Литургией «хозяином» пиршества является Сам Христос, и именно Ему вы отказываете в «чаепитии», хотя именно за чаем обычно случаются все самые важные разговоры.

Как показывает практика, отказ от участия в Евхаристии чаще всего обусловлен довольно банальными причинами: не хотел поститься, было лень, не понимаю смысла в частом Причастии (хотя уже 20 лет в церкви), не чувствую себя обновленным после Святых Таин. Хотя последняя причина, если разобраться, не так уж банальна, но ее корни все же находятся в области лени: человек не разобрался, что есть встреча с Богом, что есть перемена ума в христианском понимании и Кто есть Сам Христос. Иными словами, вера без Евхаристии — не христианство. Это почти тот же самый гуманизм, который не имеет никакого вектора: «я хороший человек, я никому не делаю зла, но я иду туда, не знаю куда». У верующих это «я выстаиваю службу и молюсь, но так и не встретился с Богом, потому что элементарно проигнорировал самые важные Его слова».

Вера без дел мертва. Самое важное дело христианина — это общее дело, т.е. Литургия. А Литургия совершается только ради Евхаристии. Не будь Евхаристии, не было бы и всей службы, потому что служба — это подготовка к Причастию. Если кто-то еще сомневается в данном утверждении, это говорит о том, что человек не знает и не понимает содержания Литургии. Но пока мы еще в этом мире, у нас всегда есть шанс понять что-то, изменить себя и свое отношение к Богу. Когда священник выносит Чашу, он говорит словами Христа: «Приимите, ядите: сие есть Тело Мое» (Мф. 26: 26) . Когда мы видим Чашу, но не приступаем к Причастию, мне кажется, хорошо бы подумать о том, что Христос стоит перед нами и говорит: «Бери, ешь, это Тело Мое, а это – Кровь Моя». Он обращается не к кому-то, а к тебе лично, ко мне, ко всем, присутствующим на Литургии. Но многие просто отворачиваются от Чаши: «Нет, Господи, не сегодня, извини».

Причащаться нужно каждое воскресение. Иначе какой смысл приходить на Литургию?

Ну а ты, причащался сегодня?

Мария Осипова (@masha_pishi)

2 Replies to “Вера без Евхаристии”

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *