Духовный кризис

«Я знала всю церковную жизнь на зубок, но это перестало иметь для меня смысл» 

автор: Светлана Докалина

Духовный кризис… 

Что это такое? Кто туда попадает – человек, не знающий никаких основ веры или добропорядочный христианин? Что переживает человек в кризисе и есть ли шанс вернуться? Эти вопросы не принято открыто обсуждать. Многие, даже проходя подобное, боятся осуждения, потому что не видят схожего опыта. 

Сегодня в нашей рубрике «интервью» Алёна Петрова, многодетная мама и православный блогер (в инстаграме @4detey_selo_i_vushivka). Алёна с самого детства в храме, но в юности пережила серьёзный кризис и желание уйти из церкви

О сомнениях и поисках выхода из тупика наше интервью. 

Алёна Петрова

– Алена, расскажите немного о себе, где вы живёте, чем занимаетесь? 

– Я – мама четверых детей, сейчас в ожидании пятого. Переехали с мужем из Украины в крымскую деревню. 

Я – мастер лицевого шитья (древний вид церковного искусства), шестнадцать лет руководила вышивальной мастерской при Иониском монастыре г. Киева. Большинство моих работ там, несколько работ на Афоне.

– Вы верующая с детства? 

– Мама воцерковилась, когда мне было шесть лет. Хотя «воцерковилась» – это даже не то слово. Окунулась с головой. Ежедневно ходила на богослужения в Киево-Печерскую Лавру и брала с собой меня и брата. Мы выстаивали монастырские богослужения по 5 часов. 

– Что вы помните из того периода? Как воспринимали церковь? 

– Помню свечки, помню было темно и холодно, помню железный пол, смазанный маслом, помню кучу бесноватых. Нам с братом было немного страшно на них смотреть, но и весело – чудили они очень сильно, хамили священникам, извивались, орали.

Помню очень тяжело было стоять, я старалась где-то присесть, но меня постоянно поднимали и пристыживали. Помню, на кафизмах выходила в лавку поглазеть – очень ярко лавку помню, прям все крестики и иконки. Если опаздывала на полиелей, стыдили, что променяла Бога на праздность.

Помню, я много лепила из воска, тайно, потому что, конечно, взрослые не разрешали лепить. Однажды получила строгий выговор за ногти, которые я сделала из воска и налепила на свои ногти.

Пещеры Лаврские помню очень ярко. Знаете, до сих пор, если закрою глаза, могу мысленно пройтись по ним. С трепетом вспоминаю ранние Литургии в пещерах. Это смесь таинственности, тяжести, волнения и чего-то, что гораздо больше тебя.

– А как вы воспринимали Бога, понимали кто Он? 

Я воспринимала Бога, как грозную силу, которая все время наказывает болезнями и скорбями. Люди тогда прям просили скорбей и постоянно разговоры были, что, если Господь посылает скорби, значит любит. 

Мне говорили, что Бога нужно любить, а я не понимала, как заставить себя Его любить. 

– Кроме посещения богослужений, какое было ваше религиозное воспитание? 

– Мы много читали – многочисленные тома «Жития святых» были настольными книгами. Посещала уроки Закона Божьего, и я хорошо разбираюсь в службе благодаря этим урокам. Телевизор, конечно, был под запретом. 

В подростковом возрасте я очень отличалась от школьников – и внешним видом, и интересами. Неудивительно, что в школе подруг так и не появилось, но в Лавре познакомилась со сверстницами, мы дружили. 

– Когда и как вы начали чувствовать кризис?

– Произошла такая ситуация – моя мама резко решила, что в Лавре творится ужас (там начали уходить в мир монахи) и она ушла из Лавры в только что открывшийся Ионинский монастырь, соответственно и я с ней. А там пять человек на службе, никого из знакомых, и по сравнению с Лаврой мне показалось все там очень унылым. 

Получается подростковый бунт у меня случился против хождения в Ионинский. Но относительно недолго, потому что монастырь восстанавливался и нужна была помощь. Я красила, подметала, выносила строительный мусор, чистила церковную утварь, гладила облачения, убирала просфорню. Еще напросилась на восстановление росписей и целыми днями там пропадала, даже иногда колледж прогуливала ради послушания. 

Потом появился молодёжный клуб, чаепития раз в неделю. На них разбирали догматы, вселенские соборы, богослужебный устав, ну и просто житейские вопросы.

Наверное, это и удержало меня в церкви. Понимание, что моя работа на послушаниях нужна и важна для прихода. 

В 19 лет я стала ходить в Черниговский монастырь, узнала там о древнерусской лицевой вышивке, заболела ей. И вот в этот же период внутри меня стало зреть непонимание.

Я не могла ответить на вопрос для чего я в церкви. Я ходила на службы, но не ради молитвы и Христа, а ради тусовки, общения, реализации творческой энергии. А где Христос и вообще Кто Он? Я поняла, что Христа я так и не встретила.

На многое у меня появился критический и даже осуждающий взгляд. Молитвенные правила стали казаться нелепыми, посты бессмысленными. Все вызывало отторжение. В моей жизни началось какое-то раздвоение – мне очень нравилась вышивка и церковное искусство, я не могла от этого отказаться. Но участие в богослужениях и практическая церковная жизнь давались мне все тяжелее и тяжелее.

– В чем конкретно вы чувствовали сомнения? В вере в Бога или в церковной жизни? 

– Много думала об этом… Я не сомневалась, что есть Бог.

Меня смущало то, что я церковную жизнь знаю всю на зубок, понимаю и перевожу все тексты, разбираюсь в догматах, но в то же время это все не имело для меня смысла.

Я завидовала молодёжи в храме, которые пришли сами, а не в детстве с родителями. Было видно, что у них произошла встреча с Христом, они что-то чувствуют, а я не могу. Я была формалисткой

– Как вы выходили из кризиса? Можно ли сказать, что он закончился? 

– Однажды я поняла, что, когда начинаешь чувствовать формализм – значит, ты уже на верном пути. Страшно ведь, не когда ты духовно холоден, но понимаешь это. Страшно, когда формализм управляет всей жизнью, но тебе кажется, что все хорошо. Обращаешь внимание на платки, на вычитывание правил, на посты, чтобы все строго по уставу – а жизни в этом нет.

Когда же видишь, что внутри что-то не так, с этим уже можно работать. 

– Вы сказали, что вы и сами сейчас вначале пути? 

– Да, я так считаю. Я действительно все начала заново, весь духовный путь. Правило практически не читаю, молюсь своими словами и по-русски. Читаю Евангелие и толкования на Евангелие. В общем, убрала свою гордость – мол, я же столько лет в церкви! – и перешла полностью на «жидкую пищу».

И столько открытий! Это как фильм какой-нибудь в детстве смотрел, знал наизусть, а спустя много лет посмотрел уже взрослым. Столько видишь нового – оказывается, ты все не так понимал и все эти фразы, которые знаешь наизусть, у них другой смысл.

Я прекрасно понимаю, что неофитской встречи с Богом уже не произойдёт, но мне нравится перечитывать и осмысливать все заново.

– У вас сейчас четверо детей… Получается, их воцерковление тоже происходит в детстве. Как вы воспитываете их, чтобы уберечь от всех подводных камней? 

– Я воспитываю так, что для них сходить в храм всем вместе – это награда. Читаем литературу по возрасту. Очень помогают учебники Русской Классической Школы. Прочитанное обсуждаем, я слежу, чтобы они все понимали.

Я не настаиваю, чтобы они учили молитвы, просто иногда подсовываю им послушать песнопения, им нравится, они учат наизусть.

Я всегда объясняю смысл в процессе заучивания. Символ веры мы так и не знаем наизусть, но периодически читаем и объясняю каждое предложение.

Немного ходили в воскресную школу, но мне не понравилось – детям рассказывают вещи недетские, и даже не пытаются нормально объяснить. Сын как-то пришел после воскрески в слезах, плакал, что он очень плохой и ему нужно выписать все свои «грЕки». «Мам, а что такое греки?», спрашивал он меня. Ему было 5 лет. То есть детям даже не объяснили про грех, просто напугали. Успокоила, объяснила, что все люди несовершенные, но Господь простит, если каяться и стараться исправиться.

– Вы бы хотели что-то сказать тем, кто прямо сейчас проходит духовный кризис? 

– Помните, что «всяк человек ложь», поэтому не смотрите на людей. Кто-то к Богу приходит сразу и горячо, а кому-то нужно много времени. Иногда это растягивается на всю жизнь. Главное — Бог и ваши с Ним отношения.

Еще мне очень помогла молитва: «Господи, помоги не утратить веру». Точно знаю, Бог не оставит.

Не отчаивайтесь и идите вперёд.

автор: Светлана Докалина

Дорогие друзья!

Если вам нравится то, что мы делаем, если вы хотите помочь нам или просто сказать «спасибо» за ежедневный профессиональный труд, поддержите нас финансово. 

Все полученные средства пойдут на гонорары авторам статей, улучшение работы сайта, а также на реализацию новых идей. 

Пожертвование можно отправить по номеру карты: 
5536 9138 4633 0682 (Данилов Александр Сергеевич)

2 Replies to “Духовный кризис”

  1. Однако некоторые исследователи считают такое понимание духовного кризиса ограниченным, поскольку в ряде работ (А. Г. Амбрумова, В. В. Козлов, И. Ялом и др.) приведены данные, свидетельствующие о том, что переживание трансформации внутреннего мира возможно и в отсутствие каких-либо мистических переживаний.

  2. Мне так кажется, что это просто потеря нравственности, потеря духовных ориентиров, благодаря многим процессам, которые есть в стране, и в частности, информационным потокам, многие женщины считают, что это допустимо. И, к сожалению, чтобы мы ни делали, — ни органы опеки, ни службы профилактики, ни эти ящики не помогут. Нужно понимать, что всегда останутся женщины, которые будут идти на такие шаги.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *